L'officiel Новости Новости Станиславский бы поверил: иску...

Новости Новости

Станиславский бы поверил: искусство перевоплощения в сценический образ

30 декабря
Станиславский бы поверил: искусство перевоплощения в сценический образ Ни для кого не секрет, что в основу сценического воспитания современного актера положены пять принципов системы Станиславского, такие как творческое перевоплощение, умение следовать сверхзадаче, жизненная правда и другие. Мы были бы не мы, если бы не решили лично проверить эту систему в действии, внимательно проследив за всеми этапами перевоплощения артистов театра, цирка, оперы, балета и шоу-бизнеса,

IMG_2333

Ни для кого не секрет, что в основу сценического воспитания современного актера положены пять принципов системы Станиславского, такие как творческое перевоплощение, умение следовать сверхзадаче, жизненная правда и другие. Мы были бы не мы, если бы не решили лично проверить эту систему в действии, внимательно проследив за всеми этапами перевоплощения артистов театра, цирка, оперы, балета и шоу-бизнеса, и приняв для себя взвешенное решение: верим или не верим.

all_ballet

Анастасия Шевченко, прима-балерина Национального академического театра оперы и балета Украины им. Тараса Шевченко

Готовясь к очередной премьере, я очень много времени провожу  в балетном зале со своим педагогом-репетитором, но, помимо этого, обязательно смотрю различные видео с исполненной ранее партией, читаю различную информацию о характере героини. Это помогает настроиться.

Когда приходишь в театр, первое, чему ты учишься — это искусству самостоятельно создавать образ для выступлений. Ты узнаешь все тонкости своей внешности, открываешь себя по-новому.

Выразительное средство балерины – глаза, это общепринятые каноны балета. Одним из главных атрибутов нашего сценического макияжа являются накладные ресницы. Без них немыслим ни один выход балерины на сцену.

Современный балет тяготеет к натуральности. Раньше балерины в больших количествах использовали профессиональный грим, сейчас же мы ограничиваемся обычной полупрофессиональной косметикой.

Театральный макияж очень отличается от того, что мы носим в повседневной жизни. Он часто не так аккуратен, иногда даже намеренно гиперболизирован для того, чтобы все черты лица были яркими и выразительными.

Бытует множество мифов, связанных с образом жизни балерин. Я, например, совершенно не ограничиваю себя в еде, более того, очень люблю сладкое. Отказывать себе в еде при таком графике — это просто глупо, ведь, чтобы выкладываться на репетициях, нужно обязательно возобновлять силы.

Я люблю каждую свою партию. Например, образы из «Лебединого озера» очень сложны и многогранны, ведь ты создаешь и проживаешь сразу две роли  – Одетты и Одиллии. Одетта очень нежна и совершенна, а Одиллия же, напротив, коварна. Мне нравится, что в пределах одного балета я могу перевоплощаться в совершенно противоречивые образы.

 

all_stage

Ната Жижченко, певица ONUKA

В моем случае сценический образ и музыка – это одна и та же идея, выраженная разными языками, две стороны одного и того же явления. Естественно, образ предопределяет состояние, помогает абстрагироваться и полностью перейти в другой мир.

О комфорте говорить не приходиться. Не всегда эффектное является комфортным, скорее, наоборот. Но на сцене это неважно. Ты невольно забываешь о высоких каблуках, острых углах платья и не дышащих тканях.

Над нашими образами работает Леся Патока и ее Patoka Studio. Она — бесконечный фейерверк идей. Но важно, что она не только фонтанирует этими идеями, но и знает, как каждую из них воплотить в жизнь. Во многом ONUKA возникла именно благодаря Лесе, поэтому я часто называю ее «крестной» проекта. Сценические образы – ее заслуга. А принцип тут один – соответствие месту и времени.

Если честно, я очень не люблю краситься. Ценю каждую минуту, когда у меня возникает возможность пожить без косметики. Но, когда речь заходит о концертном макияже, я доверяюсь профессионалам. Это всегда минималистичный, но при этом яркий макияж, графичный и лаконичный.

Можно сказать, что я меняюсь очень часто и довольно кардинально. Мне кажется, артист должен достичь тонкого баланса – с одной стороны, он должен меняться, чтобы за ним было интересно следить аудитории, с другой – каждый новый образ должен становиться новым этапом его развития, в нем должна сохраняться его личная  “фишка”.

Уже больше 10-ти лет создание своего образа я доверяю команде «ERTEQOOB» во главе с Андреем Крупчинским. На все важные концерты и съемки видеоклипов нас готовят именно они. На сегодняшний день у нас такие отношения, что я могу сказать: «Андрей, что ты мне такое настриг?», а он скажет: «Ната, закрой рот и сиди тихо». Действительно, если он все делает без моих комментариев, получается классно. Профессионала всегда видно невооруженным взглядом. И ему, конечно, довериться гораздо проще.

Стразы — блестки — бархат, одним словом, стиль “по-богатому” — не наш вариант.

 

all_theatre

Ксения Баша-Довженко, актриса Киевского украинского драматического театра имени И.Франко

Есть актрисы, которые могут самостоятельно нанести грим для предстоящего спектакля. Лично у меня всегда с этим напряженка, коллеги даже иногда подшучивают надо мной. Но я честно стараюсь, да и пора уже, одиннадцатый год в театре, как-никак.

Какую бы мне роль не доверили, я сразу влюбляюсь в нее: изо всех сил стараюсь понять персонажа, ведь его внешний вид всегда зависит от его внутреннего мира.

Каждая роль – это человеческая судьба, поэтому так важно понимание поступков того ли иного персонажа.

Готовясь к спектаклю «Morituri te salutant», где я играю старушку при смерти, для меня принципиально важно создавать образ самостоятельно, потому что именно в процессе нанесения грима я помогаю себе перевоплощаться и находить персонаж. Мне нравится эта роль тем, что в свои 32 года я могу играть бабушку. Забавно, но на премьере некоторые коллеги меня даже не узнали.

Подбор грима для каждого актера сугубо индивидуален: кто, как не ты сам, лучше всего знаешь особенности своей кожи.

Актеры всегда сами продумывают своего героя, еще на этапе репетиций. Конечно, если у режиссера есть свои пожелания, он их высказывает, но зачастую актер самостоятельно ищет свой образ.

Когда ты находишь и воплощаешь свой персонаж, понимаешь, где лучше расставить акценты: где нужен естественный грим, а где, наоборот, более выразительный.

Я из тех актрис, у которых нет комплексов по поводу своего внешнего вида на сцене. Для меня самое важное – это максимально правдиво передать персонаж, а красива ли я в этот момент или нет  — для меня совсем не важно.

В гримерке, как и в любом женском коллективе, актрисы всегда делятся друг с другом косметикой или каким-то секретами красоты.

 

all_circus

Тамила Переварюха, артистка Национального Цирка Украины

Своим номером я представляю цирк старой школы. Обычно таких артистов легко узнать: это всегда высокий купальник и агрессивный макияж.

Жанр, в котором я работаю, «трапеция в каче», считается вымирающей классикой. Существовать он может лишь в цирке, так как для его реализации нужно очень большое помещение.

В цирке нет границ. Что везде плохо – в цирке хорошо. К примеру, если на сцене вы исполните какое-то движение неправильно или забудете слова и споете что-то другое, вас могут просто уволить. В цирке же подобные погрешности принято считать индивидуальностью.

Конечно же, от нас требуют чистоты трюков, но, если все делают какой-то трюк идеально, а ты сделаешь по-другому — тебя запомнят.

Обрести себя и свой образ сложно именно потому, что не существует никаких правил и ограничений. К сожалению или к счастью, в цирковом искусстве ты сам себе хозяин: самостоятельно создаешь номер и образ, а потом его продаешь.

Как бы неромантично это ни звучало, но то, как в финале будет выглядеть твой костюм, зависит от твоих личных ощущений: комфортно ли тебе, давит ли тебе что-то или мешает.

Зачастую у циркача один сценический костюм, ведь, если номер продается, это значит, что ты попал в точку и зрителю это нравится. В таких случаях артист редко решается что-то менять.

Очень большую роль в создании сценического образа играет свет. В воздухе зритель видит хуже, поэтому я всегда делаю большой акцент на глаза.

 

all_opera

Анжелина Швачка, народная артистка Украины, солистка Национальной Оперы Украины 

В опере есть специалист, который помогает осуществить профессиональный, характерный грим. Что касается меня, то за двадцать три года работы в опере я научилась самостоятельно наносить любой грим. Свое лицо я выучила от «а до я» и знаю, как выгоднее преподнести себя зрителю.

Процесс нанесения грима меня успокаивает. Иногда перед спектаклями бывает некая нервозность, но, стоит лишь мне сесть за свой столик, волнение уходит, и я понемногу настраиваюсь на работу.

У меня есть набор специальной косметики, которую нельзя использовать в повседневной жизни. Если вы выйдете в таком макияже на улицу, будете выглядеть, как клоун. А на сцене это компенсируется за счет ярких софитов.

Для того, чтобы софиты не «съели» грим, для начала мы накладываем белый слой грима, на который сверху уже наносятся различные оттенки. Если пренебречь этим этапом, на сцене твое лицо будет зеленого цвета.

Некоторые актеры возражают и отказываются пользоваться гримом, сетуя на то, что он является дополнительной нагрузкой на кожу лица. Своим личным примером я могу подтвердить, что это не совсем правда.

Каждый образ создается командой гримеров и художников. К гримерам попадают эскизы грима, после чего они более детально продумывают каждый образ. Художник дает свое виденье, но, в первую очередь, гримеры отталкиваются от особенностей лица артиста. Специально для этого есть репетиции, где неоднократно корректируется и создается той или иной образ.

В оперных спектаклях зачастую используются парики, так как это значительно экономит время: парик всегда приготовлен, его нужно лишь надеть и закрепить. Также выбор парика зависит от эпохи, в которой разворачиваются действия оперы. Например, если это опера 18-го века, то как же ты из своих волос сделаешь такую мудреную прическу?

Так как у нас в театре оркестровая яма занимает около тридцати метров, мы делаем грим интенсивнее: выходим за контур губ, гиперболизированно подводим глаза. Для каждого певца необходимо делать такой макияж, чтобы с 3-го яруса зрителю было видно твою мимику.

Я, как приверженец старой школы, полагаю, что грим обязательно должен быть театральным. Сцена требует особо преувеличения: поем мы тоже громко, двигаемся мы на сцене тоже не так, как в жизни. Чтобы заполнить пространство, посыл к зрителю должен быть намного мощнее.

Мои любимые образы в опере – это те образы, где можно подурачиться. Я очень люблю свой образ в опере «Наталка Полтавка», где я играю маму Наталки. Она очень озорная, и ко всему подходит с юмором.

Я считаю себя поющей актрисой, поэтому приоритет зачастую идет именно на игру.  Моя коронная партия – это Кармен. Я исполнила эту роль 172 раза по всему миру.

Существует расхожее мнение, что оперные певицы должны быть массивными. Как  видите, сейчас тенденции поменялись: все смотрят на фигуру, певица должна соответствовать образу, который она играет. Если она изображает девочку на сцене, то должна выглядеть, как принцесса.

 

IMG_2243_1--

Фото: Ева Токарчук

Текст, идея: Маша Сивякова

Подпишитесь на «L’Officiel»

Модный дайджест на вашу почту каждую субботу

смотреть еще