В гостях у: мастерская Оксаны Левчени-Константиновской
В гостях у
25.01.2014
ТЕКСТ: Настя Калита
ПОДЕЛИТЬСЯ

«Хочется сделать что-то не столько важное, сколько полезное. Именно работа с коврами вдохновила на собственную мастерскую», – такими словами меня встретила Левченя-Константиновская в своей светлой студии. В пространстве в 40 квадратных метров с большим зеленым ковром по центру, три девушки ткут ковры. Пока Оксана угощала меня чаем и вкуснейшим печеньем, я принялась расспрашивать её о ковроткачестве. «Мне хочется совместить искусство

ПОДЕЛИТЬСЯ

_dsc7465

«Хочется сделать что-то не столько важное, сколько полезное. Именно работа с коврами вдохновила на собственную мастерскую», – такими словами меня встретила Левченя-Константиновская в своей светлой студии. В пространстве в 40 квадратных метров с большим зеленым ковром по центру, три девушки ткут ковры. Пока Оксана угощала меня чаем и вкуснейшим печеньем, я принялась расспрашивать её о ковроткачестве.

«Мне хочется совместить искусство с разными ремеслами: работой по дереву, ковроткачеством и так далее. Я думаю, что это только начало, пока не знаю, что дальше, потому что у меня очень быстро меняются виды деятельности. Думаю, надо сконцентрироваться на коврах. Для меня это было таким открытием: чем больше я начинаю в это углубляться, тем более удивительные вещи мне открываются».

Изготовление ковров – древний украинский промысел. Как оказалось, когда-то в каждом регионе Украины были распространены мастерские, в которых выпускались гобелены и ковры.

В этой традиции очень много сакрального и магического, а в символике изделий нет ни одного простого узора или случайного цвета – все сделано с какой-то целью. Анна Завуцкая – главный технолог – ведет весь процесс от и до вместе с Левченей-Константиновской, а творчество пока что остается только за Оксаной. Девушки в работе часто советуются, никому не запрещается предложить свой вариант воплощения той или иной идеи. Безымянных работ в мастерской тоже нет.

_dsc7491

Мастерская работает в нескольких направлениях: чтобы не испортить традиционные сюжеты, создатели оказывают минимальное влияние на символику, а современные линии добавляются лишь тогда, когда нужно, чтобы изделие обрело вторую жизнь, а замысел мог интегрироваться в нашу современность. Сейчас, например, готовится серия ковров с покемонами, которая называется «Зупини мене».

В гобеленах и в коврах иногда используются музейные репродукции и эскизы 17-го или 20-го века. Оксана с мастерами всегда это указывают.

 А вы думали над названием мастерской? – интересуюсь я.

– Есть очень много вариантов, и все они прекрасны. Думаю, что не стоит зацикливаться на названии мастерской, потому что мне легче озаглавить каждую серию. Я обязательно в будущем собираюсь вернуться к рисованию, поэтому не хочу называть компанию своим именем, чтобы оно не ассоциировалось с чем- то конкретным. 

_dsc7521

_dsc7530

Когда Левченя-Константиновская пришла в институт имени Бойчука, первое, что ее поразило, − это то, что выпускники вуза, которые оканчивают факультет текстильных изделий, идут потом работать в салоны штор.

– Меня это так опечалило, – говорит Оксана. – Мастерских в Украине нет! На самом деле это технологически сложный процесс. Ведь включается невероятное количество механизмов, без учета одного из которых все рушится и ломается. Начиная от выбора эскиза, его разработки и заканчивая окраской ниток. Для многих ковров мы не используем нитки, которые продаются с готовым цветом, их нужно выкрашивать отдельно. 

Место, в котором расположилась мастерская, находится в 10 минутах ходьбы от Бессарабки. «Потому что близко к общежитию и метро. Все как-то быстро совпало, а работать начали с первого сентября 2016 года».

_dsc7504

_dsc7499

_dsc7447

Всех своих ткачих Левченя-Константиновская называет мастерицами, для которых она создает максимально благоприятные условия работы. Помимо творчества, главной мотивацией является хорошая оплата труда. На создание одного изделия у девушек уходит несколько месяцев.

В будущем в мастерской собираются проводить мастер-классы для детей и взрослых, которые хотят научиться чему-то новому. «Кстати, ковроткачество не наносит вреда окружающей среде! – говорит Оксана. – Правда, мы еще не проследили, как относятся производители шерсти к животным, но мы обязательно съездим в Карпаты и проверим это».

– Я всегда в раздумьях, – заявляет мне Оксана. Не бывает такого, чтобы я не сомневалась в правильности выбранного направления. Нужно это людям или не нужно – так можно докопаться до того, что любая деятельность в принципе не сильно необходима. Очень легко демонстрировать демонов и раскачиваться на деструктивных качелях. А вот заниматься ответственным творчеством, чтобы в нем была созидательная функция, – для меня это самый сложный момент.

Хочется сделать что-то конструктивное. Не думаю, что мои мастерские поднимут или улучшат украинскую экономику, но этот род деятельности может приносить удовольствие, прибыль, достаток и процветание всем участникам процесса.

– Вы черпаете какие-то идеи из того, что читаете, смотрите и так далее? – допытываюсь я.

– Нет, стараюсь использовать те мысли и идеи, которые синтезирует мой мозг. Я очень боюсь смотреть по сторонам, что делают другие художники. Я наблюдаю за творчеством других мастеров, когда собираюсь создавать что-то свое. Бывает, мне говорят: «Это уже сделали». Тогда обидно и такие идеи, конечно же, отсекаются сразу. Не вижу смысла в заимствовании.

– А как же переосмысление?

– Я знаю многих молодых художников, которые сидят и половину рабочего дня гуглят, что происходит в мире искусства. Это правильно, очень западный подход. Но мастер – это человек, который должен продуцировать смыслы, собственные идеи и умозаключения. 

– А что у вас сейчас с живописью? 

– Я пишу, тогда, когда уже совсем не могу не писать. Для меня главная мотивация – это обратить внимание на искусство. Тогда я начинаю создавать проект. Сейчас одну мою работу взяли на Biennale в Лондон, причем не от галереи, а лично от меня.

Оказывается, именно с создания гобеленов «Квазиэтнография» и зародилась идея открыть собственную студию. В детстве у Оксаны была любимая книжка Фридриха Ратцеля «Народоведение», которая состоит из репродукций картин с островитянами разных художников.

«Я взяла эти репродукции, мы их изменили и поместили в родную местность, но бытовые сцены обыграли с помощью технологических объектов. Например, вождь маори принес сбитый дрон с охоты или два человека катаются на сегвеях. Я хотела проиллюстрировать идею, что человечество не поменялось, оно просто стало использовать для охоты, войны и потребительства более технологичный инструмент.

С этого все и началось. Мы сделали два гобелена с Решетиловской фабрикой, потом я начала увлекаться народоведением, позже уже пришла к организации мастерской и переключилась на производство ковров».

Оксана очень любит украинскую этнику и мифологию. Следующую серию ковров она посвятит демонологии. «Я хочу использовать в сюжетах легенды и делать по ним гобелены. В Украине очень добрая мифология. Кто такие потерчата? Это дети, которые умерли некрещеными, и человек, увидевший их, должен не вбить в них осиновый кол, как в западной мифологии, а помолиться за невинные души. Тогда они становятся хорошими и попадают в другое измерение».

Обращаться к корням – естественно, считает Левченя-Константиновская, поскольку это является нашим кодом, который можно активно использовать в творчестве.

_dsc7422

_dsc7382

_dsc7369

– Как вы думаете, зачем миру искусство? – допытываюсь я у Оксаны.

– Чтобы улучшить человеческое существо. Мы все находимся на разных этапах развития. Почему искусство такое разное? Потому что человек попадает в резонанс со специфическими вещами. Каждый человек находится на своем этапе, и если искусство обнажает для него что-то страшное или ужасное, то это нужно анализировать и делать выводы. Это только улучшает людей.

– А какого современного деятеля искусств вы считаете образцовым? Вы не наследуете его, но вы им восхищаетесь?

– Не Херст, точно. Разонравился, потому что он выхватывал правильные идеи и они были понятны для очень большого количества людей, такие эволюционные столпы. А сейчас что-то пошло не так. Получился маркетинговый приемчик.

– Может, Бэнкси?

– Точно! Я забыла о нем. Очень нравится. Он у меня в отдельной нише, это не художник, а нечто!

Оксана считает, что в будущем искусство не умрет, потому что это своеобразный способ коммуницировать с миром и вносить директивы в процесс.

_dsc7352

_dsc7344

Способность писать картины для нее – это врожденное умение. В будущем обязательно останутся люди, одаренные вокалом, люди, которым дан талант рисовать, танцевать и т.д. «Зигмунт Бауман сказал: «На самом деле единственное, что будет постоянным, − это то, что все будет меняться».

_dsc7358

_dsc7564

ПОДЕЛИТЬСЯ
ВЕЩЬ ДНЯ
14.07.2017
NORMA CASTA DIVA
Купальник
На сайте доступны аудиозаписи статей, подкасты и рекомендации стилистов в аудио-формате. Такие материалы отмечены соответствующим знаком(слева).