L'officiel Lifestyle Арт Чувственная любовь и культура:...

Lifestyle Арт

Чувственная любовь и культура:
эротизм в искусстве

7 октября
Чувственная любовь и культура:
эротизм в искусстве
За ответом на животрепещущий вопрос о том, в чем же все-таки отличие между эротикой и порнографией, веселее всего обращаться к парламентариям и комитетам по защите морали. Отчего-то именно эти ребята всегда изощреннее всего проводят черту между этими гибкими понятиями. Например, пару лет назад члены украинского парламента пришли к выводу, что если сцена сексуального характера подтверждает

За ответом на животрепещущий вопрос о том, в чем же все-таки отличие между эротикой и порнографией, веселее всего обращаться к парламентариям и комитетам по защите морали. Отчего-то именно эти ребята всегда изощреннее всего проводят черту между этими гибкими понятиями. Например, пару лет назад члены украинского парламента пришли к выводу, что если сцена сексуального характера подтверждает глубину эмоциональных переживаний человека, то это точно эротика. Как именно эта глубина измеряется, они не объяснили. То бишь, если взять шкалу от 0 до 10, где 0 – это вершина переживаний, а 10 – эмоциональная импотенция, то где будет находиться сцена секса Мэтью Макконахи с женой своего напарника из «Настоящего детектива», а где – эпизод с потерей Джо из «Нимфоманки» девственности? Непонятно, господа. Тем временем, Михаил Швыдкой достаточно четко изложил суть этой разницы. В качестве примера он привел постановку «О, Калькутта!» Жака Леви, музыкальное ревю, рассказывающее о сексуальных нравах общества 60-х годов. Так вот, если сравнивать происходящее на сцене с аплодисментами, то просто сложить руки вместе можно, но вот яростно хлопать ими – никак нельзя. Вот и весь сказ.

ohcalcutta

«О, Калькутта!»

Конечно, эротизм, чувственность и изображение обнаженных человеческих тел берут свое начало из времен первобытных общин. Тогда женщина и ее тело были символом плодородия, а значит – жизни, и потому не украсить свое жилище изображением гипертрофированного первичного полового признака считалось практически моветоном. Затем эротика постепенно приобрела то значение, которое актуально и поныне; например, стала первым мужским журналом, содержащим советы по грамотной сексуальной жизни и изображению того, как эту самую сексуальную жизнь правильно вести. Греки же, тем временем, по своему обыкновению в то время предпочитали изображению девушек изображения мужчин и мужской любви. Тогда в Греции культивировались отношения ментора и ученика, и сексуальная связь была их неотъемлемым элементом.

maja

«Маха обнаженная», Франциско де Гойя

Чувственные мотивы в живописи варьировались от практически пуританских до откровенных. Например, Франциско де Гойя, изобразив испанскую горожанку маху, в полном облачении лежащей на кровати, затем написал ее же в том же положении, но уже обнаженную. А Густав Климт, известный нам и любимый нами за лиричные сюжеты вроде «Поцелуя», любил рисовать эскизы женщин, занимающихся мастурбацией – получалось внезапно высокохудожественно. Эти рисунки демонстрируют даже не столько грани таланта Климта, сколько мучительное противоречие его желания сексуальной свободы с закрытым чопорным обществом, в котором жил художник. Его героини – томные девушки, полузыкрывшие глаза и, забывшие обо всем, предающиеся сами себе. Климт избегает моделирования: портреты написаны практически одним росчерком, и многие критики сходятся на мнении, что именно эти рисунки и являются самым важным наследием художника.

http://ninhodogaviao.zip.net/images/onan.JPG

«Девушка», Густав Климт

Пары, слившиеся в греховном экстазе, тут и там встречаются на полотнах Босха – в частности, на их наличие можно проинспектировать «Сад земных наслаждений». Поль Сезанн же, признанный поклонник изображений купальщиц, однажды написал и портреты купальщиков – семеро мужчин позируют художнику; кое-кто из них уже искупался и вытирается полотенцем, кто-то – только вступает в воду, а кто-то просто лениво потягивается на берегу. Кстати, бытует мнение, что Сезанн писал эту картину не с натуры, а по памяти, что придает полотну элемент вуайеризма, а с ним – и большую чувственность.

cezanne

«Семеро купальщиков», Поль Сезанн

Возвращаясь к «Махе обнаженной» Франциско де Гойи, стоит заметить, что мотивы призывно лежащей на кровати девушки оставались актуальными еще несколько сотен лет. Например, основываясь на полотне испанца и Тицианской «Венере» Эдуард Мане написал портрет Олимпии, в образе которой многие увидели известную в то время куртизанку Маргариту Белланже. Несмотря на то, что последнее утверждение так и осталось неподтвержденным, «Олимпию» воспринимали не иначе, как портрет девушки легкого поведения, что вызывало возмущенную реакцию. Аналогично восприняли и «Происхождение мира» Гюстава Кюрбе, полотно, изображающее обнаженные женские бедра, гениталии и грудь, едва прикрытую простыней. Наверняка Кюрбе охотно согласился бы с изречением Генри Миллера о том, что наша земля – это огромная самка с бархатным телом, которая дышит, дрожит и страдает под бушующим океаном. Так вот, именно женственности как началу всего сущего, и посвящено «Происхождение мира».

Olympia

«Олимпия», Эдуард Мане

Говоря о наследовании – «Купальщицы» Поля Сезанна вдохновили собой еще один шедевр. Именно основываясь на мотивах этого полотна Пабло Пикассо написал своих «Авиньонских девиц». Сюжет «Девиц» прозаический: все обнаженные девушки, изображенные на картине – проститутки, , работающие в одном из борделей Барселоны, согласно одной из искусствоведческих теорий. Кстати, именно «Авиньонские девицы» возвестили приход кубизма как нового течения в живописи.

pablo picasso-385666

«Авиньонские девицы», Пабло Пикассо

Говорить о кино в контексте чувственности – это сознательно обречь себя на написание как минимум дипломной работы на эту тему. Но мы этого делать не планируем, поэтому расскажем лишь о наших любимых шедеврах эротического кинематографа. Начнем с ленты «Почтальон звонит дважды», классики жанра нуар, которая рассказывает о запретной любви, страсти, неприкрытом желании и сексуальности, непривычной в своей откровенности для послевоенного периода. Почтальонов в фильме нет: по объяснению автора сценария, суть названия в том, что, подобно почтальону, судьба звонит дважды. Но, поскольку название «Судьба звонит дваджы» определенно слишком прозаично, в заголовке и появился почтальон.

last tango

«Последнее танго в Париже»

Тем не менее, настоящий всплеск эротики в кино произошел в семидесятых годах прошлого века; своеобразным триггером этого явления стала премьера фильма «Глубокая глотка» со знаменитой Линдой Лавлейс в главной роли – актрисой, которой всем современным Сашам Грей дала бы фору. Сюжет фильма построен вокруг биологически неудачного дефекта в теле героини Лавлейс – ее клитор находился у нее в горле. Но, как и любая девушка, она нашла выход из сложившейся ситуации – кстати, если вас интересует жизнь и биография одной из первых порноактрис, в прошлом году на экранах появился байопик под названием «Лавлейс». Именно «Глубокая глотка» начала короткую, но бурную эпоху порнографического шика в мировом кино и стала основой многих эротических новелл. Также среди шедевров семидесятых годов – «Эммануэль», лента о жрице любви, самозабвенно оттачивающей свое искусство. Что особенно приятно – поиск собственной сексуальности главной героиней полностью поощряет ее муж. В отличие от «Глубокой глотки», в «Эммануэль» присутствует красивая картинка, грехопадение героини продемонстрировано с лиричной, чуть ли не нежной, точки зрения. Решение снимать подобную картину было принято в связи с успехом фильма «Последнее танго в Париже» режиссера Бернардо Бертолуччи с Марлоном Брандо в главной роли. В основе ленты – игра двоих, мужчины и женщины, не знающих друг о друге ничего, кроме обоюдного презрения социальных догматов. Впрочем, конечно, девушка недолго выдерживает это презрение – ей хочется замуж, отношений, цветов и парфюмов, чистоты и прозрачности любви. Запутавшись в выстроенных собственноручно же иллюзиях, пара приходит к финальному конфликту, из которого есть только один выход. Кстати, Бертолуччи рассматривал и вариант того, что главные герои будут геями – почему в итоге от него пришлось отказаться, неясно.

1242509931_snapshot20070906134938xu0

«Девять с половиной недель»

Восьмидесятые года в историю эротики в кинематографе отмечены релизом ленты «Девять с половиной недель» с Микки Рурком и Ким Бейсингер. Именно этому фильму мы обязаны появлением самых известных и безобидных фетишей в любви: сцены со льдом и завязанными глазами, стриптиз под «You Can Leave Your Hat On», секса на лестнице и дегустации сладостей уже давно стали культовыми. В этом же десятилетии вышел и фильм «Опасные связи» Стивена Фрирза, повествующий о манипуляторском искусстве, которым в совершенстве владеет любая девушка – здесь чувственность приобретает опасный, острый характер, в отличие от вышеперечисленных лент.

bitter_moon

«Горькая луна»

Эпоха девяностых для нас – это, например, «Горькая луна» Романа Полански, который рассказывает о сексе как о способе истязаний и шантажа. Здесь – парализованный старик по имени Оскар и его молодая жена Мими, которая, движимая желанием отомстить Оскару за обиды, нанесенные ей в начале их отношений, пользуется его состоянием и занимается преимущественно тем, что мучает его, занимаясь на его глазах любовью со своим любовником и соблазняя жену своего случайного попутчика. В общем, фильм из тех, после просмотра которого начинаешь понимать, что не опущенный ободок – вовсе не признак неудавшихся отношений и все могло бы быть куда хуже – ведь ваша вторая половинка все еще не дарит вам пистолет с одной пулей. Спустя три года, в 1993, на экраны вышел фильм «Тело как улика» с Мадонной и Уильямом Дефо в главных ролях. Сюжет картины во многом созвучен с «Основным инстинктом»: героиню Мадонны подозревают в убийстве своего престарелого любовника, и в попытке спастись она вступает в связь с собственным адвокатом, который, между делом, женат.

atame

«Свяжи меня!»

«Дикие сердцем» работы Дэвида Линча – одна из классических картин режиссера-сюрреалиста, в композиции которой эротическая составляющая занимает одно из главенствующих мест. О чем эта картина, сказать сложно – как всегда у Линча, о жизни: здесь и криминальная, и любовная, и чувственная драма, и вестерн, и психологический триллер, и, конечно, сюрреализм. А вот для Педро Альмодовара ленты с эротическими элементами – обязательное дело; без таких сцен у него не обходятся ни комедии, ни драмы. Среди наших любимых примеров первого жанра – «Свяжи меня!», его абсолютным преимуществом является Антонио Бандерас в роли слегка помешавшегося на любимой актрисе молодого человека, который похищает ее, привязывает к кровати и увлеченно любит, периодически выходя на улицу и покупая ей новую порцию кокаина. А одной из наших любимых драм Альмодовара является «Поговори с ней», картина, основанная на реальных событиях. Фильм отличается необычной, болезненной лиричностью: главный герой, врач, влюбляется в свою пациентку в коме, и, пройдя с ней все этапы, которые проходят обычные пары, в которых оба человека находятся в сознании, решает в порыве отчаяния заняться с нею любовью. От этого девушка приходит в себя: видимо, больно герой был хорош. Тем не менее, правоохранительные органы его рвения не оценили.

dduaac-the-dreamers-2003-L-1

«Мечтатели»

Двухтысячные года ознаменовались более острым изображением сексуальных сцен ввиду того, что публику уже сложнее удивить просто чувственностью на экране – ей необходима драма. Среди прочих это понял Бернардо Бертолуччи, чье «Последнее танго в Париже» стало символом эротического кино 70-х, и уже в 2003 вернулся с лентой «Мечтатели». Фильм рассказывает о французской сексуальной революции – что вижу, то пою в исполнении Бертолуччи – которая разворачивается в одной конкретной квартире. Юный американец приезжает в Париж с целью обучиться французскому языку и поступает вполне логично, проводя большую часть времени в клубе поклонников кино, где постоянно смотрит французские фильмы. Там он знакомится с Изабель и Тео, близнецами, сросшимися при рождении, которые приглашают главного героя временно разделить с ними квартиру. А заодно и постель, и ванную, и любые другие места, подходящие для экспериментов в чувственном поле.

tn_The-pillow-book

«Записки у изголовья»

Нечто, похожее на «Глубокую глотку», снял и Джон Кэмерон Митчел в 2006 году. По сюжету его ленты «Шортбас» главная героиня, София, которая вроде бы и сексуальный терапевт, но при этом не в состоянии сама достичь оргазма, пытается проделать это на протяжении всего фильма. Получается или нет, мы вам не скажем, но финал фильма вполне радужный. О другом типе эротики рассказывается, например, в ленте «Чтец», вышедшей в 2008 году, где в основу истории легли трепетные и бесконечно нежные отношения женщины с молодым человеком, который младше ее на энное количество лет. И еще один кардинально отличающийся тип чувственности – интеллектуальная эротика как в «Записках у изголовья» Питера Гринуэя. Там молодой Юэн Макгрегор и японская каллиграфия – что может быть секуальнее?

Collages 3 2

Норман Паркинсон, Эллен фон Унверт

Конечно, для нас как для редакции модного издания особенно важна в этой теме глава про эротическую фотографию, которая часто находит много общего с модой. Например, творчество Нормана Паркинсона, и в частности портрет Кармен Дель’Орефайс, на котором модель изображена с поднятой рукой, прикрывающей глаза. Композиция кадра построена таким образом, что в центре внимания оказывается подмышка Дель’Орефайс, и более чувственного в своей нежности и деликатности кадра найти сложно. «Делайте свои снимки так, чтобы они были полны солнечного света, излучали счастье и выглядели соблазнительно», — советовал Паркинсон, и эта его фотография является результатом практического применения.

Collages 3 3

Херберт Лист, Хельмут Ньютон

Совершенно другой взгляд на эротику предложил немецкий фотограф Херберт Лист: сотрудничавший с крупнейшими на тот момент глянцевыми изданиями вроде Vogue и Harper’sBazaar, он параллельно занимался и съемками эротической фотографии. Например, одна из наших любимых фотографий его авторства – портрет принимающих душ работников завода резиновой промышленности в Гамбурге. А вот, например, Хорст П. Хорст, чьи снимки имеют больше общего с работами Паркинсона, был уверен, что фотография не имеет никакого отношения к мыслительным процессам – вся ее ценность во внешнем виде. Его знаменитый кадр с танцовщицей, шнурующей корсет, сидя спиной к фотографу, подтверждает это изречение: искать скрытый смысл в ней не нужно, лишь наслаждаться ее абсолютной эстетикой.

Collages 3 1

Фернард Фонсагривс, Хорст П. Хорст

А вот Хельмут Ньютон, признанный гений чувственной фотографии, и вовсе, как нам кажется, один из самых удачливых людей в мире: представьте себе триумф парня, который построил карьеру на своей любви к фотоаппаратам и красивым девушкам. Его съемки полны какой-то грамотной пошлости, которую Ньютон добавляет специально – он, по собственным словам, ненавидит хороший вкус. «Но это не все – я верю в то, что порнография может быть красивой», — уверен Хельмут, и, перелопатив ту тонну разнообразной информации во время подготовки этого материала, мы вынуждены с ним согласиться. Наверняка подтвердит утверждение коллеги и Терри Ричардсон, который, впрочем, не разменивается на «грамотную» пошлость и занимается исключительно неграмотной, но от того и привлекательной – как известно, уродливое привлекательнее красивого.

Подпишитесь на «L’Officiel»

Модный дайджест на вашу почту каждую субботу

смотреть еще